Чернігів

Мы с женой решили двинуть на юг, в Чернигов. С детства имя этого города звучало как-то особенно. Очень уж много в нем от сильного древнего города. Настоящего города Киевской Руси, которую мы никогда не видели. Кажется, что он так же как Киев и Новгород был всегда.

Так же как и в случае с Киевом, историки теряются в вопросе какую дату считать днем основания. В договоре Олега с Византией в 907-м году он упоминается сразу после Киева. Археологи относят начало города к VII веку. Легенды же называют основателем князя Черного, жившего в VIII веке. Когда и Рюриковичей никаких тут не было. Тогда своим умом справлялись.

В киевские времена город был огромен. Мы довольно удачно заселились в гостинице Градецкой на бывшем проспекте Ленина, а теперь Мира. Тут сразу много всего интересного. Забавно переименование Ленина, ассоциирующегося с советскими временами в Мира, имени тоже с ними как будто связанного. Шевченка, Хмельницкого и Франка в городе уже были. Для Незалежности тоже место нашлось. Видимо, решили, что «Мира» никого не обидит. Самого Ленина, кстати, так и не убрали.

Это самая главная улица города, и три достойных внимания гостиницы стоят именно на ней. Причем чем дальше от Детинца, центра времен Руси, тем дешевле. «Десна» на Красной площади, Славянская на пересечении с проспектом Перемоги (Победы) и наконец наша Градецкая. Одновременно с жаждой странствий, нас обуял приступ экономичности, так что решили не выпендриваться и согласиться на непритязательный постсоветский сервис. Самые светлые надежды гостиница оправдала. Все в ней выглядело практически как в «те» времена. Панели «под дерево» по стенам, стойка администратора из ДСП, покрытая оргстеклом, полумрак, как будто половина ламп перегорели навечно. Ну и конечно восхитительный душ без шторки, чудесное сооружение в качестве вешалки для полотенец и даже какая-то таинственная труба рядом с унитазом, заткнутая деревянной пробкой.

Единственное, что появилось с советских времен – множество объявлений в лифте и рядом, свидетельствующих о большом количестве цивилизованного сервиса. Сауны, массажи, салоны красоты и рестораны. Нас же больше интересовал вид из окна. Гостиница стояла почти пустая. Честно в этом признавшись, администратор не только была так любезна, что выписала нам номер с видом на город, но и «оформила номер с цветным телевизором». Так вот о виде из окон и Киевской Руси.

От центра до гостиницы кажется что неблизко, как бы не пол-часа пешком. А ведь в прежние времена город заканчивался именно здесь!

Слева от края фото район Коваливка (коваль – кузнец по-украински), заселенный по данным археологов еще в те времена. А где-то на следующем перекрестке, если смотреть вглубь фото, начиналось Предгородье и дальше Окольный город. Центр, старый Детинец, был еще дальше.

Там вдалеке пять золотых куполов – это Екатерининская церковь. Слева от нее, через овраг, по которому сейчас ведет въезд в город со стороны Киева, и находился Детинец.

Странно представить, но в восемнадцатом веке город был много меньше. Погубило его, догадываетесь что – жадность, безалаберность правителей Руси и вера в безнаказанность. Глядя на масштабы средневекового Чернигова можно только представлять величие Киева, но и от того, и от другого почти ничего не осталось…

Здесь же, под окнами гостиницы обнаружился настоящий резерват частной застройки, ограниченной ровным кварталом панельных многоэтажек со всех сторон. Исключительно ровно обрезанный, отчего кажется еще более удивительным.

Утратив былое величие и богатство, Чернигов сохранил свое имя, особенный свой уклад. Владения черниговских князей включали территории от Смоленска до Тмутаракани, но все-таки главной целью их был киевский стол. Позже, во времена Гетьманщины, он вновь был крупным центром, здесь находилась канцелярия черниговского полка, чьими полковниками были Лизогуб и Полуботок, причем последний позже стал гетманом. Однако играя важную роль, город не стремился к тому, чтобы стать полноценной столицей. Собственно в городе нет привкуса утраченной столичности. Причем и бросающейся в глаза провинциальности тоже нет.

Когда я попал на Красную площадь, сначала ощущал некоторое подспудное удивление, как же так, ведь Красная это такое пафосное место, где высокие стены недосягаемого Кремля и мавзолей. Место, где от официоза даже уши закладывает. Но потом, подостыв, осознал, что в ней есть свое очарование. Своя красота.

И клинкерный кирпич под ногами, и шпили зданий на перекрестке Магистрацкой (как можно догадатся, именно на ней в прежние времена находился городской совет – магистрат), и виднеющаяся за театром церковь Параскевы Пятницы,

и Аллея героев, все это одновременно добавляет площади и строгости, и человечности.

В киевские времена и сама площадь и все пространство до Пятницкой церкви было одним большим торгом. Собственно церковь Параскевы это купеческая церковь поставили ее где-то в районе 1200-го года и это одна из пяти домонгольских церквей Чернигова. К слову сказать, пять черниговских церквей это четвертая часть всего что осталось от тех времен. Большая редкость. Тем более что их перестраивали нещадно.

Здесь же, в Детинце перестроили Спасо-Преображенский. Была перестроена и Пятницкая, отойдя к монастырю. Она сильно пострадала в Великую отечественную, и восстанавливать ее решили в изначальном виде. Получилось очень красиво. Одна из самых цитируемых церквей того самого, благословенного домонгольского периода. Исчезла Десятинная, перестроена Святая София, а Параскева, видевшая под своими стенами и торг и запустение, и снова торг, а потом запустение, все стоит.

В северной и восточной стенах церкви горожане показывают камни, исполняющие желания. Откуда они взялись и почему им стоит доверять мечты, никто толком не знает. Легко может оказаться, что до того, как оказаться в стенах церкви, они занимали свое место на капище и служили еще более древним богам. Нашли же в 1701-м при строительстве рядом с Борисоглебским собором серебрянного идола. Хотя его и переплавили чтобы сделать царские врата в этом соборе, ясно, что в прежние времена тут и находилось капище. Или даже храм, только языческий?

Вот, собственно, эти камни, исполняющие желания:

Здесь был самый центр торговли города, немудрено, что еврейские кварталы примыкали как раз к этому району. До двадцатого века множество знаменитых семей жило между Мстиславской и Пятницкой улицами. На Пятницкой около рынка были мясные лавки, а на самой улице жили беднейшие евреи, тут же торговали и занимались ремеслом. Кстати, история города рассказывает о натуральном чуде, когда один из беднейших евреев вдруг выиграл в лотерею. Когда он шел получать выигрыш собралась вся родня, опасаясь, что его хватит удар. Ан нет, не хватил. Более того, он умудрился не потерять выигрыш, а выгодно вложить его в дело и образование сына, вместе с которым держал одну из самых успешных аптек города.

Улица Сережникова, продолжающая Пятницкую на пути к Детинцу. Забавное сочетание знаков.

От Красной площади к Детинцу выводит Аллея Героев. Теперь это очень широкий сквер, а раньше от Киевских ворот здесь начинался Любечский шлях. Теперь застроена только левая сторона улицы, а раньше зданий хватало по обе стороны. Здесь находились знаменитые на весь город магазины. Тут стоял отель «Царьград», основанный двумя вольноотпущенными крестьянами из Ярославской губернии. В нем был трактир и номера, где останавливались не только купцы, но и перебывал весь цвет российско-украинской словесности, включая Шевченко, Пушкина, Гоголя, Чехова и Толстого. Во время войны все эти замечательные здания были сильно разрушены, восстанавливать их не стали и разбили сквер. Остались только памятные знаки и суровые бюсты героев…

Лишь по другую сторону сохранилось немного той Шоссейной (или Красной, или Любецкой) какой она была.

Это здание областной филармонии, изначально было зданием епархиального братства и имело всего два этажа.

Кроме этого здания из знатных домов начала двадцатого века уцелел отель Бадаева на перекрестке Мира и Преображенской и здание бывшего кинотеатра Раковского (теперь тут отделение «Ощадбанка»).
Аллея упирается в Екатерининскую церковь. Церковь эта гораздо моложе соборов детинца, ее освятили в 1715-м в честь подвига под Азовом черниговских казаков, которыми командовал Яков Лизогуб.

Прямо перед зданием видно палатку с крестом над крышей. Это полевая церковь пикетчиков, протестующих против передачи храма украинской церкви.

Отсюда через весь Третьяк (то есть третий город после Детинца и Окольного) улица Белинского ведет до Елецкого монастыря, где находится еще один из домонгольских соборов, хотя и сильно перестроенный.

А напротив Екатерининской – Детинец. Там-то и было несколько веков сердце города.

Детинец находится на крутом берегу, рядом со впадением Стриженя в Десну. От этого места город разросся вниз по Десне вдоль старой дороги на Киев (там находятся две важные достопримечательности – Елецкий и на Болдиных горах Троицкий с пещерами) и вверх по Стриженю. Современный город также продолжал расти в этих направлениях. В итоге старый Детинец остался на краю города. Тут граница, под валами – пристань, а за Десной – пустой берег. Очень странное ощущение – находиться одновременно в центре города и на его окраине.

Сейчас дорога в Киев идет прямо от Детинца. Так что подъезжая из Киева оказываешься в городе сразу и вдруг. И сразу в центре. Тоже ощущение необычное.

Это вот и есть дорога из Киева. Новая дорога через новый мост. Муромец в череде своих подвигов должен был по идее отправляться в Киев с Соловьем наперевес по старой дороге, примерно по теперешней улице Толстого, мимо обоих монастырей.

Под Детинцем у пристани находится замечательное по-своему место – Кавказ. Очень забавно видеть Кавказ под кручей, на низменном месте. Раньше тут была солдатская слободка, а после, как следует из названия, здесь поселили пленных ермоловской кампании на Кавказе.

Помимо прочего, через Кавказ половина города гнала скот на луга. Соответственно, теперешняя улица Новая называлась Быдлогонной.

Это она и есть, Быдлогонная.

В отличие от многих других районов, Кавказ сохранил частную застройку, хотя это уже не совсем те хаты, что были раньше.

В конце подъема по оврагу между Третьяком и Детинцем стояла даже деревянная триумфальная арка. Через нее Николай оказал честь въехать в город, прибыв по реке на пароходе.

Ну а в Детинце в свое время было собрано черниговское «все». Рядом с Киевскими воротами раньше стояли княжеские терема. Теперь, увы, от них не осталось даже следа. А дальше на Соборной площади до сих пор стоят Спасо-Преображенский и Борисоглебский.

Спасский. Как видно, его сильно «улучшили» во времена польской власти.

Спасский начали строить пораньше, в середине одиннадцатого века, с подачи Мстислава Храброго первого из знатных черниговских князей, который и включил в границы княжества Тмутаракань и практически смоленские земли. Закончили же оба собора в двенадцатом веке уже потомки великого князя.

Борисоглебский в отличие от своего старшего брата свой облик сохранил.

Даже кое-что от декора уцелело:

В Спасском хоронили черниговских князей, на Соборной, подозреваю, собиралось вече.
Может быть, тут кланялся народу в XII веке Всеволод Ольгович, самый удачливый из мятежных князей Ольговичей. Его отца Мономаховичи лишили черниговского стола, и у его потомков на несколько поколений вперед разгорелась в сердце «обида Ольгова». Они стремились вернуть отчину и добиться справедливости, лишив Мономаховичей Великого княжения. Миром решать дело не выходило, потому приходилось воевать.

Всеслав с самого начала был лишен всего. Хотя он и являлся по рождению княжичем, приходилось, как другим безземельным князьям служить в дружинах других князей. Он поднялся с абсолютного нуля. Несколько раз падал и снова поднимался. Лишался всего и снова все приобретал. И все-таки сумел победить. В итоге он не только отбил черниговский стол, но и добился киевского княжения. Только его брат и сыновья не вытянули. Обреченные на вечный мятеж они еще несколько раз почти побеждали, но итог остался за мономаховичами. Рыцарским духом в этих кровавых разборках и выяснениях по понятиям пахло весьма относительно.

В Детинце находятся и уникальные по сегодняшним временам здания времен Гетьманщины. Времени, когда город был полковым, а правили им и всей округой полковники. В частности тот самый Лизогуб, чей дом выстроили в камне, повторяя форму обычной хаты, только в чудном варианте барокко.

А за Борисоглебским собором можно увидеть другой пример этого барокко – уцелевший корпус коллегиума (духовного училища).

В доме Лизогуба позже разместилась полковая канцелярия. Журналисты обожают рассказывать про городской призрак. Дескать, в этом здании спрятан золотой клад Мазепы, а охраняет его призрак Мотри Кочубеевны, проклятой матерью за любовь к уже старому гетману. Рассказывают, что только если избавить Мотрю от проклятья, она покажет, где находятся так и не найденные сокровища.

За обоими соборами находятся достопримечательности уже совсем другого периода, времени, когда Чернигов был губернским центром. Вокруг Гимназической площади тут постепенно выстроили целый ансамбль зданий «как в Питере». Мужскую и женскую гимназию, губернское правление в реконструированном здании резиденции архиепископа (тут теперь архив), напротив правления стояло здание Дворянских собраний (полностью разрушено в Великую Отечественную и теперь восстанавливается). Соответственно, площадь называли еще и площадью Присутственных мест. На этой площади было как в столице – неоклассические здания с колонными портиками, коляски, мундиры чиновников, униформа гимназистов.

Прежнее губернское правление.

А это гимназия:

К тому времени старые укрепления давно срыли. Ничего не осталось и от замка-цитадели, который располагался прежде на самом высоком месте над Десной в польско-литовские времена. Теперь тут только галерея старых пушек то ли от Наполеона, то ли с Полтавской битвы и памятник Шевченко.

Вот виден высокий вал бывшей Цитадели.

Про эту галерею пушек рассказывают, что у девушек была в свое время шутка – назначать первое свидание у тринадцатой пушки. Как можно догадаться, пушек всего двенадцать.

От Вала хорошо видно не только пространство за рекой, но и панорама от Екатерининской церкви до Болдиных гор. Туда пришел изгнанный из Киева Антоний Печерский, основатель киевской Лавры, и так же как в Киеве принялся копать. Так что и тут есть свой пещерный монастырь. Даже можно спуститься в подземные кельи, часть из них открыта.

Уже в те времена, к началу двадцатого века на Соборной больше принимали редкие парады и она заросла вся густой травой. А теперь центр окончательно сместился в район Красной площади и перекрестку Мира и Перемоги, где прежде был чисто светский центр города с театрами и кино. Все меняется. Обе площади заросли деревьями, их самих уже довольно сложно опознать в этом парке. Также как валы старого Детинца сложно опознать в этих оплывших грядах земли:

Теперь Детинец – тихий парк, официальная сторона его хотя и вытоптана туристами, но все-таки не так значительна как раньше.

Совещание на парковой скамейке. Маленький осколок на том месте, где раньше бушевало большое вече.

В дальнюю же часть Детинца, куда не ступает нога туриста, пришла тишина.

Кстати, тут же в дальней части Преображенской улицы идущей по линии бывших крепостных стен, была обнаружена замечательнейшая вывеска:

При взгляде на фермера невольно задумываешься, что за мясо пошло на колбасу.

На мой взгляд, все-таки самое интересное в городе не эти достопримечательности, а его глубина. Хотя сейчас тут всего 300 тысяч жителей, гулять по нему можно бесконечно. Полно районов, улиц и домов со своей историей. Очень многие знаменитые люди Украины в разное время жили или даже выросли в Чернигове. На Лисковице под Болдиными горами был чуть ли не местный Монмартр – несколько семей из которых вышли писатели и поэты имели тут усадьбы. А еще Холодные Яры с Тюремным замком, старые ремесленные улицы скрытые под советскими названиями.

Улица Коцюбинского, прежде Северянская.

В то же время город хорош и сам по себе. Вообще удивительное ощущение возникает, когда ты осознаешь, что тут было раньше и совмещаешь это с тем, что есть теперь. Ведь Чернигова киевского уже нет. Остались пять соборов, но нет самого главного – домов, в которых жили люди. Нет и Чернигова времен Гетьманщины, когда большую часть города составляли хаты под соломенными крышами и занимал он площадь гораздо меньше чем в средневековые времена. Остались только какие-то осколки этого времени, разбросанные по всему городу, встроенные в его современный облик. Но почему-то только находясь здесь можно хоть немного увидеть тот Чернигов, каким он был и попробовать разглядеть тот, какой он есть сейчас.

Нельзя забывать и о украинской еде, которая тут многое своей, вкусной и дешевой. Глядя на местные прилавки невольно осознаешь, как много у нас иностранных марок и насколько это все одинаковое. И, конечно же, черниговское пиво. Одно из трех обожаемых мною на Украине. Отдельная достопримечательность и отдельное удовольствие.

Пятницкая улица.

Казалось бы ерунда – еда и пиво. Но как же все-таки хорошо нагуляться и поесть еду в которой люди знают толк. Все-таки еда для Украины это не абы что. Это важно. И проявляется это даже в кабачках и ресторанчиках.

И, конечно, люди. Не могу не сказать еще раз про страхи перед Украиной – дескать к русским как-то не так относятся. В Чернигове, в области которого и жив украинский язык, называемый академиками настоящим, не было никаких проблем с русским языком. Многие вывески были на русском, а речь слышалась почти исключительно русская.

Кроме того, может быть, нам везло, но что за прошлые мои путешествия, что сейчас не было слышно громких криков и ругани. Тут все спокойнее и плавнее.

Но больше удивили водители. Машин, конечно меньше, чем даже в Киеве. Но тем не менее мы ведь привыкли как? Подходишь к переходу, выползаешь потихоньку на «зебру», чтобы, когда проедет следующая машина, быстро перебежать.

Тут же когда мы выходили на переход, машины останавливались. Без аварийной истерики, как в Чехии, например, но останавливались и водители удивленно, но без агрессии, смотрели на нас, чего, мол мы не переходим?

Увы, от богатым город не назовешь. Порой бросается в глаза, что денег на все не хватает. Но тем не менее видно, что тут чисто и аккуратно. Опять-таки внимательность к внешнему виду своего дома – характерная черта Украины. Правда, за всем не уследишь:

Такую феноменально разбитую лестницу тоже можно считать достопримечательностью.

В общем, умиротворенные и постоянно сытые, мы гуляли и грелись под весенним солнцем и было здорово. Очень забавно повторялась история – ровно год назад, точно 8-го марта мы были в Выборге и тогда тоже как раз расходились облака и светило солнце. Только вот тогда снег лежал кругом и только начинал таять.

А тут весна весной.

Как будто проникшись черниговским спокойствием, мы даже не пытались обойти все достопримечательности. Главным был отдых.

Бывший «Дворянский и селянский поземельный банк», теперь библиотека Короленка. Так финансовые ценности уступили место культурным.

Уже затемно мы оказались возле Елецкого монастыря. Вошли на территорию какого-то училища и во дворе перед ним обнаружили один из курганов. Вокруг города курганов довольно много. Большей частью княжеские и большей частью легендарные. Все-таки восходят они к языческим временам. Один, например, был в районе Магистратской улицы, недалеко от перекрестка с Кирпоноса. По легенде там была похоронена дочь князя Черного.

Другой знаменитый курган находится на Болдиных горах. Называется он Гульбище и там раскопки обнаружили воина роста более чем двухметрового с огромным мечом. Меч увезли в Москву. Где-то тут он и томится до сих пор.

Ну а возле Елецкого монастыря – курган Черная могила. Похоронен там был, согласно легенде, сам князь Черный.

Мы поднялись наверх и возле продавленной макушки кургана обнаружили стелу, свидетельствующую, что удачно раскопал курган Дмитрий Самоквасов.

Мы стояли на кургане, потягивали пиво. В Чернигове все-таки больше улиц освещается, чем в прочих городах Украины, но все-таки гораздо темнее, чем в наших. Зато гораздо эффектнее смотрится то, что все-таки подсвечено. Кромешной ночью сияющая колокольня на Болдиных горах притягивала взгляд так, что не оторваться. Как и ровно год назад, начал накрапывать дождь. Подумалось, что вот мы стоим на вершине кургана, могилы, и пиво пьем. А до того, археолог, профессор раскопал могилу и по сути, осквернил ее. И вот стоит стела это подтверждающая и это нормально. Он вынул из кургана самое главное, его суть, оставив только пустую кучу земли. Теперь на этой пустой куче уже не важно, пиво пить или танцы танцевать.

В этот момент вновь всплыла давняя мысль. Мы здесь во дворе училища, в Чернигове. Через забор от нас в каком-то конторском здании еще горел свет. Там, должно быть кто-то дежурил ночью. Мы приехали черт-те откуда сюда и совершенно случайно оказались в этом дворе в этот час. Нас сюда привела целая череда приключений и все те путешествия, что мы уже проделали. А этот человек работает и даже не знает о том, что мы здесь. Завтра мы уедем, а он так и не узнает об этом. Я поделился этой мыслью с Лешиком и он подтвердил – такая мысль действительно приходила к нему.

А потом мы оба подумали, что через неделю будем дома. И какие-то люди могут вдруг вечером проходить мимо наших окон. Они могут оказаться из такого города, такого места о котором мы даже не слышали. А у них целая огромная жизнь, прорва приключений и сиюминутных проблем. Целый большой мир их жизни. Мы для них останемся одним из многих окон, в которых горит свет. Мы же их не услышим и даже не узнаем, что они проходили мимо, или стояли возле нашего дома.

Утром судьба одарила нас новым витком спирали – как и год назад, девятого марта, в это девятое марта шел дождь. Вроде бы тогда шел дождь какой-то особенный, питерский, но тут он казался точно таким же, мелким и как будто бы вечным. Мы выбрались гулять еще более неторопливо.

Это не просто дом с резными наличниками. Это – автосалон!

Церковь-новодел со странной башней-минаретом и торжество коммунистической идеи.

Перебравшись через Стрижень мы оказались в Застриженье. Тут раньше был огромный частный сектор и большое количество усадеб казацкой старшины и дворянских. Интересно, что до сих пор тут встречаются обширные острова частной застройки. В частности одна из самый интересных усадеб, стилизованная под замковую готику, находится именно здесь, на улице Шевченка в районе пересечения с улицей Орджоникидзе.

На вид – деревня-деревней и не подумаешь, что центр города в двух шагах.

Даже резьба:

Кстати, сказать, отдельные домики уцелели и в самом центре. Например, вот этот забавный ковчег мы встретили на улице Горького рядом с Детинцем:

А потом мы еще глубже прониклись тем, что судьба так и норовит повторить новым витком все, что было. Потому что вышли на Пять углов (Пять Кутив). Опять-таки год назад, девятого марта, день в день мы в Питере оба впервые оказались на Пяти углах. Черниговские Пять углов, застроенные панельными домами, были совсем не похожи на Питерские. За исключением только концентрации торговли. Но ощущение все-таки было сильным.

Здесь же поели в кафешке с названием именно пять углов. Тоже было здорово – они только-только открылись, еще расставляли столы после вчерашнего заказного банкета. Мы были одни, в пустом зале, не считая официантки. Причем не сидели за рюмкой как завсегдатаи, а основательно насыщались. Вот, вроде бы, кабачки и существуют для того, чтобы в них есть. Однако вот такое, когда пришли-поели-уехали, воспринимается все-таки как нечто не совсем обычное.

Интересно, что именно в этой части города находились обыкновенно весьма оживленные улицы – Петербургская и Московская.

Это вот, например, бывшая Петербургская, теперь Молодочного.

Обратите внимание на почтовые ящики у дальнего угла правого дома. Тоже специфическая черта для Украины (хотя меня и преследует ощущение, что где-то я такое видал в России). Вместо того, чтобы заставлять почтальона разносить корреспонденцию по всем домам, ставили в середке улиц такой штабель ящиков и оттуда уже забирали. Удобно.

Вот как они выглядят, например:

На этой улице находится педагогический университет:

Вот интересно: зачем в педагогическом университете такая серьезная обсерватория?

А это бывшая Московская, теперь Шевченко.

Через Стрижень улица Шевченко идет по Красному мосту. Утверждают, что первый каменный мост был действительно красив, за что его так и прозвали. Уже в двадцатом веке улицу расширяли, и поставили новый.

С этим мостом связана легенда о другом городском призраке. Дунин-Борковский, один черниговских полковников, генеральный обозный Войска Запорожского (то есть министр финансов). Он много жертвовал на строительство церквей. Однако, рассказывают, после смерти почему-то не упокоился в Елецком монастыре, а принялся в черной карете ночью проноситься по всему городу через мост к своей застриженской усадьбе. Горожане отчего-то решили, что их такое положение дела никак не устраивает, и в очередную ночь встретили его на Красном мосту крестным ходом во главе с архиепископом. Призрак упал в реку, а карета растворилась в воздухе под молитвенное пение.

После этого казаки отправились в церковь, где отворили склеп Борковского и, говорят, обнаружили его совершенно нетленным. Даже, дескать, трубочка еще попыхивала. Само-собой никто его не стал делать звездой немодного тогда упыриного движения. В то время ему пробили грудь осиновым колом. Такие дела…

Церковь черниговских святых – князя Михаила и боярина Федора. Видна с Красного моста.

Тут же, близ моста, мы натолкнулись на еще одно замечательное здание:

Это «Палац урочистых подий». Первоначально я наивно перевел это как «Дворец выдающихся событий». Так и не удалось побывать внутри. Оставалось только догадываться, чем это было, и что тут теперь. Зато потом выяснилось, что правильно переводить как “Дворец торжественных мероприятий”. То есть ЗАГС. Можно представить, как по этим лестницам выстраивается свадебный поезд и молодых осыпают лепестками. Красиво.

Дождь так и капал пока не пришло время уезжать. Так, собственно было и год назад. То ли память о прошлой поездке, то ли симпатия к самому Чернигову, но это не испортило последних часов пребывания в городе.

Мы так и уехали, оба в очередной раз убедившиеся в том, что нам нравится Украина и что это здорово, когда судьба дарит нам очередной виток, похожий на предыдущий, но совершенно другой в то же время.

Оригінальний текст з сайту seepla.net

Поділитись:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • Google Buzz
  • del.icio.us
  • email
  • PDF
  • Print

Читайте також:

Прокоментувати

You must be logged in to post a comment.