Марсианские хроники

Еще несколько метров ползком, за эту дюну, потом перебежка к следующей и снова вжимаясь в песок, как учили на уроках военной подготовки. Только в руках не калашников, а фотокамера с тяжеленным объективом, а противник не условный, а колония морских котиков на атлантическом побережье Намибии.

Нужно подобраться близко насколько это возможно – одно неверное движение и сотня животных оказывается в пене прибоя. Котики вокруг себя распространяют ужасный запах. Впрочем желание похвастать хорошими снимками побеждает…


Берег Скелетов c высоты полета. Кончается океан и начинается море песков

Побережье Намибии на север от Свакопмунда называют Берегом скелетов и вполне заслуженно. Я помню название с самого детства. Тогда фантазия рисовала огромные скелеты китов и остовы погибших кораблей. Редко случается, но все оказалось сущей правдой. Скажу больше, любая фантазия покажется бедной, по сравнению с реальными ощущениями от Берега Скелетов.

Наверное, поэтому киношники часто приезжают сюда снимать фантастические сцены. На декорации тратиться нет нужды – вокруг горы застывшей лавы. Если посмотреть с самолета, видно как остывала магма, выплескивая на поверхность новые и новые порции раскаленного камня. Ученые называют эти места «коренными горными породами земли». За полтора миллиарда лет здесь мало что изменилось.


Череп кита лежит здесь уже больше сотни лет. Рядом позвонки размером с пень и ребра длинной метра три

Вся территория страны – одна большая пустыня. Точнее две. На востоке большую часть Намибии занимает каменисто-глинистая пустыня Калахари, а вдоль побережья на тысячу километров тянется тонкая линия песчаной пустыни Намиб. Пески неожиданно кончаются и начинается океан.

Более негостеприимное побережье на Земле найти сложно.

Мы едем на лендровере по вязким пескам, взбираемся с бархана на бархан и скатываемся вниз. Их под толщи песка доносится грохот пролетающего самолета. Неоднородные слои песка перемешиваются внутри дюны, заполняют полости и появляются странные звуки.

Со стороны океана тянет холодный ветер и ползет пелена тумана. Можно представить что чувствовали португальские моряки, когда они оказывались на этих берегах в поисках морского пути в Индию. Но если терпели крушение, были обречены – воды нет на сотни километров вокруг.


Тысячи и тысячи капских тюленей на берегу океана

За дюнами начинается странная долина. На первый взгляд кажется, что внизу высохшее озеро. Мой гид Элейн останавливает машину и идет по тропинке вниз от колеи. В какой-то момент, она услужливо уступает мне дорогу и я не подозревая подвоха делаю шаг вперед. И мгновенно проваливаюсь почти по пояс. Под тонкой коркой застывшего песка коварное тягучее месиво, засасывает словно болото.

- Как то здесь по неосторожности утопили джип, исчез за несколько минут, – рассказывает коварная Элейн и подает мне руку помощи.
- Но это же вода, а говорят пустыня..
- А ты попробуй попей.. жутко соленая!


Тюленей много и порой между ними разыгрываются целые сценки

Переваливаем через небольшой хребет и далеко внизу виднеется полоска моря. А все пространство вокруг нас посыпано фиолетовой крошкой – это скорее всего базальтовый песок. Смешение цветов совершенно необычное. Еще и туманы над Атлантикой – в этом виновато течение Бенгела – оно несет сюда от Антарктиды холодную воду и в самые жаркие дни на песчаном африканском берегу сложно найти купающихся. Впрочем, благодаря холодному течению и у берегов Намибии много рыба и эти места полюбили тюлени.


Маленький котик

Температура воды Матиасса (моего напарника по сафари) не останавливает и на пару мы устраиваем ноябрьское купание в океане. Вода градусов пятнадцать и сложно представить, что на этой же широте, прямо напротив нас через океан, на бразильских пляжах смуглые бразилианки плескаются в теплой водичке. Здесь нам компанию составляют только тюлени. Впрочем, такие же смуглые как и бразилианки, которых я тщетно пытаюсь рассмотреть на горизонте.

Берег скелетов тянется почти на пятьсот километров от Свакопмунда до самой границы с Анголой. Но разделен на две части – на южной создана туристическая территория, а вот на севере находится частный национальный парк, где сохраняется нетронутая природа. И только одна-две машины в день на сотню километров. Элейн едет строго по колее. “вон.. машина проехала год назад.. след как вчерашний”.

Но в целом гиды стараются максимально уменьшить собственное присутствие на территории национального парка. И когда на берегу мы видим раненого тюленя, а рядом напуганный машиной мечется шакал, Элейн ничего не делает чтобы помочь неуклюжему котику. “Мы не должны вмешиваться в естественный ход событий”. Мы скрываемся за дюной, а шакал радостно бежит к жертве…

Алмазная лихорадка

Хотя как ни парадоксально, на самом берегу еды много. Здесь огромные колонии тюленей, а когда забрасываю удочку в океан, через минут леска натягивается струной и я вытаскиваю рыбину в несколько килограмм. Собственно за этой рыбой тюлени и охотятся. Колонии тюленей огромные, тысячи животных кричат и повизгивают на мысе Роки-Пойнт. И если неожиданно выскочить из засады, вся колония в один момент в панике прыгает к океану.


Затерявшиеся в песаках на берегу скелетов

На обратной дороге вдоль океана мы останавливаемся у огромного, размером с человеческий рост, черепа кита. Выбеленные ветрами позвонки, больше похожие на спиленные куски дерева, разбросаны неподалеку.

Чуть дальше от полосы прибоя пустыня покрыта явно рукотворными холмиками. На мой вопросительный взгляд, Элейн улыбается: “это алмазы ищут… на лопату, тоже можешь попробовать. Только помни главный закон: нашел алмаз – отдай гиду… Шутка. Что найдешь, все твое.»
Втроем, я, Матиасс и Элейн целый час просеиваем песок, но алмазов у нас не прибавилось.

В утешение Элейн везет на нас на брошенную базу по добыче аметистов. Владелец умер и ее закрыли, среди заколоченных домиков лежит гора яйцеобразных камней. Если расколоть такой – то внутри фиолетовые и голубые аметисты. Это все тоже последствия вулканической деятельности. Ошалелые от такого счастья мы копаемся в куче камней выискивая самые красивые кристаллы. Элейн только ухмыляется – все ее группы теряют здесь голову.


Смешные супербыстрые крабы. Я все же поймал одного – помогли навыки черноморского детства

Подобным образом потеряли голову колонисты, когда сто лет назад в окрестностях Людеритца нашли алмазы. И тогда вдруг кусок пустыни оказался нужным всем. Правда, для немцев алмазная «лихорадка» сыграла плохую шутку. Через несколько лет Британия, видимо осознав что проморгала огромное богатство, во время первой мировой быстренько оккупировала территорию германской юго-западной Африки. И теперь уже пленных немцев засадили в концлагеря. А Намибия стала колонией Южно-Африканского Союза, позднее ЮАР. И толком получила независимость только в 1994 году – последней из африканских стран. Впрочем алмазная промышленность принадлежит юаровскому “монстру” De Beers.

Живая пустыня

Не так давно считалось, что пустынные слоны это миф местных жителей, но потом оказалось, что слоны могут достаточно долгое время путешествовать по пустыне без воды. Нам повезло – мы встречаем группу пустынных слонов – около десяти животных выходят из зарослей. В конце плетется совсем малыш. По словам Элейн ему всего несколько дней от роду. Два молодых самца обнюхивают друг друга хоботами, наблюдать на нежностями огромных животных можно бесконечно долго.


Все пространство страны – застывшее море лавы. Конусы на фотографии – не вулканы, а выветренные магматические породы. Никакой плодородной земли тут не было от соверения мира.

Элейн рассказывает что есть еще и пустынные львы. Два десятка лет назад их практически истребили местные жители и далеко в горах выжил только один прайд. А сейчас их охраняют и львы возвращаются на эти земли. Я спрашиваю, давно ли тут их видели:

- Месяца три назад..
- Тогда можно остановить машину? Затекли ноги и хочется размяться.
– Элейн останавливается, но тут же восторженным шепотом произносит. – Лайонс! (львы).


Два молодых самца загорают на травке у дороги

Два молодых льва и львица лежат в зарослях тамариска. Изучают нас и мотают короткой гривой. У всех на шее закреплены ошейники с антенкой.

- Это спутниковые передатчики – поясняет Элейн, – у нас действует программа по спасению пустынных львов… да вот же и сам “спаситель” – она показывает на машину поблизости.


И еще львица чуть в отдалении от самцов

Так мы знакомимся в Флипом, как его называют гиды. Он рассказывает, как контролирует каждый день передвижения львов через спутник и как спасает их от встреч с местными. Новости спасения Флип выкладывает каждый день на сайте www.desertlion.info. Уже в москве я узнаю, что буквально через пару дней после нашего разговора, местные жители убили одно льва. Обидно.


Доктор Флип, который спасает львов каждый день на протяжении 11 лет. На последок большой привет сотрудникам дальневосточного заповедника, которые занимаются спасением дальневосточного леопарда: «Русские хорошие ребята, много пьют и очень много работают!»


А это антилопа оракс, хотя русская википедия называет ее антилопой Бейза


И напоследок камни.. и брал он эти камни и говорил с ними.. Жаль Чингисхан не был в Намибии – такого количества камней я не видел даже в родном каменистом Крыму. Ощущение, что какой-то сеятель ходил и разбрасывал красные обожженные куски базальта.

Нужно признаться, что Намибия оказалась самой результативной поездкой в этом году – с точки зрения эмоций и фотографий. И в один пост уложить все что хочется невозможно или это будет огромная простыня… так что следите и будет продолжение с картинками из племени химбу и гереро и потом фотоистория из долины Сосусвлей – где самые высокие дюны на Земле. ))


Переглянути більшу мапу

Взято тут.

Поділитись:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • Google Buzz
  • del.icio.us
  • email
  • PDF
  • Print

Читайте також:

Прокоментувати

You must be logged in to post a comment.